RSS | PDA | Архив   Воскресенье 19 Ноябрь 2017 | 1433 х.
 

Миграционный маятник в истории. Как разрушалась империя

15.03.2011 16:57

Великий писатель, прозванный «зеркалом русской революции», писал когда-то, что «все счастливые семьи счастливы одинаково, но каждая несчастная семья несчастлива по-своему». То же самое  можно сказать и о государствах и империях. Не стала исключением и великая империя, бытовавшая на российских просторах в 13-15 веках – Улус Джучи, иначе называемый Золотой Ордой.

 

Ее возникновение, развитие и рост городов вызвали доселе невиданные миграционные процессы (см. «Тандыр и канн на Волге»). Но процессы ее распада опять же вызвали миграционные процессы, но только в других направлениях. Если в период собирания империи народы стремились в ее центр, то теперь они стремились разбежаться подальше от того же самого центра.  Почему так получилось? Начиная с 1360-х годов период расцвета сменился процессами дезинтеграции. Причины их до конца нам неизвестны. Разные исследователи отводят в них ключевую роль разным явлениям – кто пандемии чумы, и связанным с ней массовому опустошению городов, кто – социальным процессам. В принципе для нас сейчас важна не причина, а следствие этого процесса. Тем более, что именно это следствие сказалось на дальнейших политических, социальных и этнических процессах на всем пространстве, позже названном Россией. Да, собственно, эти процессы в значительной степени и создали современную Россию.

 

Итак, Великая Замятня 1360-1380-х годов. Это название известно нам по русским летописям, достаточно неплохо отражавшим ситуацию в метрополии, что-то вроде газеты «Советская Чукотка». Но, если говорить начистоту, называя вещи своими именами, то эта пресловутая Замятня есть не что иное, как гражданская война. По подсчетам нашего современника историка А.Пачкалова, именно на эту самую Замятню, а также на период, ей предшествовавший, приходится наибольшее количество ордынских монетных кладов. А что такое клад? Правильно, денежку зарыть-то – зарыли, а откопать через года два-три-пять-десять уже и некому. Не осталось никого из целой семьи. Поэтому увеличение количества кладов является одним из самых верных признаков  депопуляции населения, да не просто депопуляции, а полного уничтожения или вымирания целыми родами и семьями. На этот же период Великой Замятни приходится и наибольшее количество невосстановившихся сел и городов. То есть было село, и не стало, а даже новые люди его не заселили. Прекратилась жизнь на этом месте. Но, как это водится в подобных случаях, не все население  погибло. Когда в какой-то местности создаются условия, невыносимые для жизни или хотя бы для поддержания определенного уровня жизни, то что происходит? Население в массовом порядке покидает эти места. Между прочим, именно это явление мы видим сейчас во многих регионах мира. Массовая миграция из Таджикистана началась в период гражданской войны в этой бывшей советской республике, а до начала обнищания и революций из Кыргызстана тоже не особо то выезжали. Да и тунисский «десант» на итальянскую Лампедузу тоже произошел в разгар революционных событий.  Как говорят, люди не меняются уже десять тысяч лет, по крайней мере, механизмы, обеспечивающие миграцию населения, точно остаются неизменными. Поэтому, начавшись в период Великой Замятни, перемещение золотоордынцев продолжилось и позже, и продолжалось еще длительный период времени, пока на территории уже бывшей великой империи происходили деструктивные процессы.

 

Золотоордынское население в массовом порядке стало покидать охваченные войнами земли. Но так как последнее явление было главным образом распространено в центральных, столичных регионах страны – Нижнем Поволжье, Подонье, Предкавказье, то маршруты миграций беженцев оттуда расходились, как лучи от звезды – во все стороны. Преимущественными направлениями миграции являлись  Среднее Поволжье, Мещера, русские княжества, Хорезм, Мавераннахр. Следы ордынцев находят даже в современных Турции (Изник) и Египте. Как это обычно бывает, в первую очередь переселялись наиболее социально мобильные слои населения, которым и места, в которые они переезжали, были знакомы, и к переездам они были более привычны. Для них характерны наиболее дальние маршруты миграций. Это военно-феодальная элита, купцы, высококвалифицированные ремесленники. Ничего не напоминает? Мне лично мысли о современном номадизме Жака Аттали, только с одной разницей – «современные номады» по Аттали не имеют ни Родины, ни привязанностей, а выходцы из Орды сохраняли историческую память и тоску по Родине на протяжении многих поколений, да, собственно, хранят и сейчас. Но в одном сходство безусловно – более высокие страты общества обладают и большей степенью мобильности, причем не только социальной, но также они и по карте мира более мобильны.

 

Но ведь во всех местах, куда переселялись ордынцы, жило какое-то свое население. И это означает, что значительная часть ниш была уже занята. Как обычно бывает в таких случаях, или мигранты (переселенцы)  занимают ниши, плохо освоенные местным населением или же образуют свои корпорации, которые попросту вытесняют местное население  из его сложившихся ниш. С ордынцами было и то и другое. Например, в Мавераннахре именно золотоордынские, джучидские династии сместили ненавистных им и нелегитимных с их точки зрения тимуридов и заняли их место. Таковыми были Шейбаниды, а позже сменившие их Джаниды (Аштарханиды). Считается, что в их правление колоссальные массы золотоордынского населения переместились в современную Среднюю Азию. По крайней мере, опирались эти указанные династии именно на эти группы.

 

Другая часть Джучидов начала искать себе уделы по окраинам бывшего могучего государства. Булгар, Крым, беляки Мещеры, Русь, Литва, Сибирь – куда только не уходили цари и царевичи, потерявшие трон или надежду его приобрести…  Одни из них обретали свой новый удел, некоторые даже восстанавливали старый, многие теряли все, включая голову. Чингизидов было много, но еще больше было людей, шедших с ними – верных присяге и долгу, профессиональных воинов, как будто родившихся в седле и с саблей в руке. Именно таких людей требовал тот жестокий век, и они находили работу, причем ту, на которую местное население зачастую не всегда годилось. Они делали то, что умели делать лучше всех, и в чем не знали себе равных  – воевать. Понятно, что за войну надо платить, удовольствие не из дешевых. И платили, когда казной, а чаще – землями и людьми, что было обычной практикой для ого времени. Каждый правитель стремился призвать под свои знамена побольше ордынских воинов, но для этого нужны были свободные земли, и … рабы. Там, где основное население было свободным, возможности взять на службу больше воинов просто не было. Именно поэтому Казанское ханство[1] с преимущественно лично свободным населением и ограниченным земельным фондом не могло взять на службу больше определенного количества  татарских же воинов. Сыграли свою роль и восстания казанцев против пришедших из Нижнего Поволжья, Дона, Крыма воинов. В Москве же свободных земель хватало, да и распространенное крепостное право обеспечивало возможность кормить больше всадников-помещиков. Тем более, что большая часть, по-видимому все же размещалась на окраинах царства – в Мещере, перешедшей под контроль Москвы в 15 веке, в Замосковье  (это сейчас это Центральная Россия, а тогда еще Украина была, причем Казанская), а также в обширной Польской Украине (граница не с Польшей, а с Полем – Степью, позже  Крымским ханством, начиналась хоть и не за стенами московского Кремля, но не так уж и далеко – в Туле и Калуге).

 

Итак, в период разрушения Золотой Орды и образования постордынских государств происходит массовое перемещение его населения из центральных районов на окраины – в Булгар, Крым, Мещеру, Русь, Литву, а также за пределы – Мавераннахр, Малую Азию, Египет и т.д. В новых местах оно занимает различное положение, но, как правило, это достаточно высокие страты в обществе (Русь, Литва, Малая Азия), связанные в том числе с военной службой, или даже высшие (Булгар, Мавераннахр, Крым, Мещера). В дальнейшем их движение продолжится, но это тема следующей статьи.

 

Ахмад Макаров

 



[1] Образовано ушедшим в Среднее Поволжье чингизидом Улуг-Мухаммадом или его сыном Махмутеком. Вместе с правителем переселилось значительное число ордынских аристократов –мурз и менее знатных  воинов – татар и казаков

 

На фото:

Ханская мечеть в Касимове - наиболее сохранившийся памятник залотоордынской архитектуры. Город в современной Рязанской области был населен выходцами из центральных районов Золотой Орды. Первым правителем был чингизид Касым-хан - сын Улуг-Мухаммада и брат Махмутека.

 

 

Ссылки по теме:

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/history/culture/15398/">ISLAMRF.RU: Миграционный маятник в истории. Как разрушалась империя</a>