RSS | PDA | Архив   Среда 10 Август 2022 | 1433 х.
 

Бишкек и Душанбе: не заставляйте нас делать воду товаром

14.10.2009 10:49

Для нормализации экономической обстановки в Центральной Азии целесообразно создание межгосударственной региональной компании - Международного водно-энергетического консорциума, имеющего большие финансовые возможности и способного проводить самостоятельную экономическую политику.  

 

После аварии на Саяно-Шушинской ГЭС, представители узбекских властей стали настаивать на проведении «независимой» международной экспертизы состояния гидротехнических сооружений в верховьях рек Амударья и Сырдарья. Действительно, основным условием предупреждения и предотвращения чрезвычайных происшествий является своевременное выявление и устранение предпосылок, могущих привести к опасным последствиям. Но не следует рассматривать данную проблему как чисто техническую. Совершенно очевидно, что за всем этим скрывается большая политика.

 

После распада СССР интеграционные связи между республиками стали обрываться. Молодые суверенные государства приступили к внутреннему обустройству страны, исповедуя при этом принцип ограничения собственного рынка от внешней зависимости. В результате, традиционно тесные торгово-экономические отношения ослабли, пришла в упадок и некогда единая Центральноазиатская топливно-энергетическая система (ЦТЭС).

 

Сегодня нет смысла говорить об экономической целесообразности или ущербности автономного решения проблем, которые можно было бы успешно решать в интересах всего региона. Реальность такова, что с 15 октября сего года выходит из объединенной энергосистемы Узбекистан, а Казахстан заявил о своей готовности в самое ближайшее время последовать его примеру. Таким образом, Кыргызстан и Таджикистан оказались обладателями огромных, но ни кем не востребованных энергетических ресурсов. Понятно, при отсутствии рынков сбыта и должного финансирования, содержание сложных гидротехнических и водохозяйственных сооружений становится весьма и весьма проблематичным, а строительство новых ГЭС утрачивает всякий смысл. По всей видимости, этого и добивались наши соседи. Тогда становится понятным скрытый смысл воззваний Узбекистана к международной общественности об угрозах региональной безопасности, исходящих, якобы, от гидроэлектростанций Кыргызстана и Таджикистана. Действительно, эти сооружения строились еще в советское время в сейсмоопасной зоне и на геологических разломах, но данные обстоятельства, безусловно, брались в расчет еще на стадии проектирования. Поэтому, в целях безопасности и устойчивости, запас прочности плотин был увеличен в несколько раз.

 

Так чего же тогда хотят страны-водопользователи? Во-первых, хотят остановить строительство новых гидроэлектростанций и не допустить ограничений подачи воды. Во-вторых, принудить Кыргызстан и Таджикистан переориентировать работу ГЭС из энергетического режима в ирригационный для полного удовлетворения собственных потребностей в воде в вегетационный период. В-третьих, бесплатно и неограниченно пользоваться водными ресурсами. Ради всего этого, они даже в ущерб себе, покидают единую энергетическую систему, хотя, как известно, вырабатываемые ими мощности на тепловых станциях обходятся в десятки раз дороже, чем энергия, полученная на ГЭС.

 

Впрочем, решение соседей о выходе из объединенной сети нельзя назвать полной неожиданностью. Все предшествующие годы они сознательно шли по пути разрушения ЦТЭС. Отвергая любые конструктивные предложения взаимовыгодного сотрудничества, но при этом навязывая заведомо невыгодные условия подачи воды. Пришло время честно признать отсутствие воли сторон к экономической интеграции. Глупо винить во всем этом только лишь соседей. Следует признать, что затянувшийся политический романтизм, ничем не оправданная эйфория стали как причиной, так и следствием экономической несостоятельности.

 

 

И все же не все так плохо. Как известно, основной источник воды в регионе - реки Сырдарьи и Амударьи, формирующиеся в горах Памира и Тянь-Шаня. Сырдарья течет из Киргизии через Таджикистан в Узбекистан (через густонаселенную Ферганскую долину) и Казахстан. Амударья - из Таджикистана в Туркмению и Узбекистан. Поэтому Кыргызстан и Таджикистан фактически контролируют водные ресурсы других государств Центральной Азии, формируют график расхода воды в низовьях рек.

 

 

Во времена СССР проблемы перераспределения ресурсов между республиками Средней Азии и Казахстана решалась административными методами: устанавливались объемы необходимых поставок и соответствующие тарифы на ресурсы. Естественно, что при этом никто не применял рыночные инструменты, не было речи о справедливых ценах на энергоносители (вода вообще считалась бесплатной), но, тем не менее, проблема решалась, исходя из необходимости поддержания и повышения общего жизненного уровня в республиках.

 

После распада СССР республики получили политическую и экономическую самостоятельность, стали преследовать свои собственные экономические интересы, часто за счет соседей. В итоге Узбекистан, Казахстан и Туркменистан стали cуществовать за счет Таджикистана и Кыргызстана, пользуясь тем фактором, что вода в регионе остается бесплатной. Наибольшие стоки воды, которые образуются в горных районах Таджикистана и Кыргызстана, формируются летом. Это очень удобно для стран, расположенным в низовьях рек Аральского бассейна («нижних» стран), в первую очередь - Узбекистана, т.к. наибольшие располагаемые возможности по воде совпадают с вегетативным периодом сельскохозяйственных культур.

 

В теплое время года (весна-лето-осень) при максимальном стоке рек Таджикистан и Кыргызстан могут вырабатывать большое количество электроэнергии на гидроэлектростанциях. Количество электроэнергии превышает энергетические потребности этих стран в теплый период; поэтому они продают электроэнергию Узбекистану, Казахстану и Туркменистану. Поскольку никому больше они не могут ее продавать, «нижние» страны пользуются ситуацией, покупая электроэнергию по явно заниженным ценам. Более того, при этом они расплачиваются газом и углем, которые продают Таджикистану и Кыргызстану по ценам, близким к мировым (например, в 2007 г. предлагается продавать газ по $ 100 за 1000 м3). Часто графики поставок энергоресурсов в «верхние» страны нарушается, что приводит к тому, что зимой жители этих стран имеют доступ к электроэнергии только на несколько часов в сутки.

 

Создалась парадоксальная ситуация: страны, на территории которых формируются водные ресурсы, оказываются в проигрышной ситуации. Основная причина этого - бесплатность воды. И это продолжается уже более 15 лет. По существу проблема не решается на уровне президентов и правительств стран региона (т.е. форумов, конференций, симпозиумов, круглых столов - много, а реального результата нет).

 

Выходом из создавшегося тупика может стать введение рыночных механизмов ценообразования на основные ресурсы региона, в том числе - воду. Но для того, чтобы эти механизмы реально заработали, необходимо существование альтернативных возможностей использования ресурсов, в первую очередь - воды и электроэнергии. Например, Узбекистан, Казахстан и Туркменистан должны быть поставлены перед фактом: если они не будут платить за воду и электроэнергию, эти ресурсы не пропадут, им найдется другое применение. Например, воду можно закачать в водохранилища и использовать зимой, а выработанную электроэнергию использовать для развития энергоемких производств, например, на Яванском электрохимическом и Вахшском азотно-туковом заводах, для выплавки алюминия в режиме толлинга.

 

Но для развития энергоемких производств и создания водохранилищ (их общий минимальный объем оценивается около 2 км3) потребуются крупные капиталовложения, которые Таджикистан и Кыргызстан сами произвести не в состоянии. Поэтому для развития рыночных механизмов в Центрально-Азиатском регионе необходимо привлечение стороннего, достаточно сильного участника. Таким участником могла бы стать Россия, имеющая возможность инвестирования не только больших финансовых средств, но и обеспечения стран региона своими водными ресурсами, а также располагающая влиянием на русскоязычное население в Центрально-Азиатском регионе. Надо понимать, что если Россия уклонится от этой роли, то на ее место найдутся другие охотники (такое впечатление, что они уже нашлись).

 

Таким образом, для нормализации экономической обстановки в Центральной Азии целесообразно создание межгосударственной региональной компании - Международного водно-энергетического консорциума, имеющего большие финансовые возможности и способного проводить самостоятельную экономическую политику. При этом следует понимать, что созданию такого консорциума могут противиться Узбекистан, Казахстан и Туркменистан, т.к. они лишатся доступа к бесплатной воде. И никакие встречи на высшем уровне, а тем более форумы и круглые столы здесь не помогут. Возможно резкое обострение экологических проблем Арала, которые могут принести значительный ущерб «нижним» странам. При реальной угрозе возникновения таких проблем «нижние» страны могут согласиться на присутствие России в регионе, если она предпримет усилия по переброске части стока сибирских рек в Сырдарью или Сырдарью и Амударью.

 

Целесообразность участия Россия в решении водно-энергетической проблемы Центральной Азии обусловлено следующими основными обстоятельствами:

 

1) вода становится более важным стратегическим ресурсом, чем нефть и газ: тонна чистой воды в аридном климате уже сейчас дороже тонны нефти;

 

2) для прилегающих к Центральной Азии районов России вода представляет большую проблему, особенно в период паводков; эту воду необходимо куда-то отводить для предотвращения масштабных затоплений российской территории, что особенно важно учитывать в связи с приближающимся глобальным потеплением;

 

3) российская вода может не только принести ощутимую прибыль (по оценкам, ежегодно - около $ 4-5 млрд.), но значительно повысить стабильность ситуации в Центрально-Азиатском регионе.

 

Для создания и функционирования международного водно-энергетического консорциума потребуются региональные финансовые инструменты - Банк Развития, ресурсно-сырьевая (товарно-сырьевая) биржа, депозитарий, отраслевые компании. Механизмы функционирования такой системы стандартные: компании выпускают акции, проводят IPO, акции, фьючерсы и опционы торгуются на бирже, по результатам торгов производится поставка электроэнергии, газа, угля, сельхозпродукции, производятся выпуски воды из водохранилищ. Учитывая высокие операционные неопределенности, связанные с характеристиками основного ресурса - воды (объемы стоков и их распределение во времени, концентрация минеральных солей и примесей и т.д.), тесной связи водной и энергетической проблем, на указанной ресурсно-сырьевой бирже целесообразно организовать срочную секцию для торговли поставочными фьючерсами и опционами на следующие виды ресурсов:

 

— вода; электрическая энергия; сжиженный природный газ; каменный уголь;

 

— сельскохозяйственная продукция (зерно, сахар, хлопок, бахчевые, овощи, фрукты и т.д.).

 

При организации срочного рынка в первую очередь следует определиться с системой стандартизации ключевого товара Центрально-Азиатского региона - воды. В качестве единицы ее объема можно использовать 1 км3 или в 1000 раз более мелкую единицу - 1 мегатонну (106 т, около 0,001 км3). Целесообразно введение нескольких марок воды, различающихся по количеству и виду растворенных и (или) содержащихся в ней минеральных образований. Иначе говоря, предлагается поступить примерно также, как при торговле нефтью, когда применяются ее различные марки Brent, Light, Urals и т.д.

 

Далее биржевая торговля водой на срочном рынке может быть организована тремя способами:

 

1) все виды марок воды торгуются независимо друг от друга;

 

2) торгуется одна базовая марка воды (например, марка с наиболее высокими потребительскими свойствами), а цены остальных устанавливаются соответствующими дисконтами по отношению к базовой (также, как Urals по отношению к Brent);

 

3) торгуется независимо несколько базовых марок, а цены остальных устанавливаются дисконтами по отношению к ближайшим базовым аналогам.

 

Началу функционирования водно-энергетического рынка в Центрально-Азиатском регионе должна предшествовать большая подготовительная работа по инвентаризации и приватизации гидротехнических сооружений. Все существующие в регионе гидроузлы, можно разделить на две принципиально различные группы. Первая группа - «межгосударственные объекты совместного пользования», то есть сооружения, эксплуатация которых осуществляется в интересах нескольких государств. Очевидно, что и эксплуатационные расходы в этом случае должны быть совместными. Для этого требуется решение нескольких принципиальных вопросов, основные из которых следующие:

 

— определение юридического статуса «межгосударственных объектов совместного пользования»;
определение интересов каждой из сторон согласно конкретным результатам функционирования таких объектов;

 

— создание системы регистрационно-измерительных комплексов для определения реальных объемов сброса и поставок воды потребителям.

 

Вторая группа гидроузлов - объекты, функционирование которых производится только в интересах одной республики. На первый взгляд может показаться, что здесь никаких проблем, связанных с другими республиками быть не может. Но это не так. Дело в том, что гидроузлы могут работать в разных режимах. И если они расположены на трансграничных реках, то такая работа гидроузлов может задевать интересы стран, расположенных ниже по течению. Решением вопроса в этих условиях может быть только согласование взаимных интересов - расположенная выше по течению страна может изменить режим работы своего гидроузла в интересах нижерасположенного государства, но только при полной компенсации возникающих при этом потерь.

 

На организацию биржевой торговли в Центрально-Азиатском регионе можно посмотреть и с более широкой точки зрения. Так, еще в июне 2007 г. в СМИ появилась информация о том, что палата представителей конгресса США одобрила законопроект о создании международного банка ядерного топлива, которым могли бы пользоваться государства, желающие развивать атомную энергетику, но не владеющие технологиями полного топливного цикла. Предполагается, что банк, созданный в рамках МАГАТЭ и подконтрольный этой организации, будет продавать ядерное топливо для строящихся АЭС и следить за тем, чтобы топливо не было использовано в военных целях. Для обеспечения гарантий равного доступа к ядерному топливу банк предполагается разместить в стране, не обладающей ядерным оружием, не ведущей работы по его созданию и полностью открытой для инспекторов МАГАТЭ. Вероятнее всего, размещен он будет в Казахстане. Если эти планы получат дальнейшее развитие, то на водно-энергетическую биржу в качестве базовых активов могут быть выведены имеющиеся в регионе уран, материалы ядерной энергетики (медь, вольфрам, свинец, цинк, рений), а также драгоценные металлы - золото и серебро. Всеми этими активами потенциально можно торговать, в т.ч. - с применением инструментов срочного рынка. Кроме этого, учитываю значительное количество базовых активов и поставляющих их компаний, возможно использования в биржевой торговле соответствующего фондового индекса и фьючерса на этот индекс.

 

То, что накопившиеся проблемы необходимо решать, в т.ч. и рыночными методами - сомнений не вызывает. Воде, как основному региональному ресурсу, необходимо придать цену. Именно так можно оценить реальные (справедливые) полезности основных ресурсов Центрально-Азиатского региона, предотвратить возможные негативные последствия для населения, которые могут дестабилизировать обстановку и привести к хаосу. Кроме этого, попутно решается очень важная стратегическая проблема - экономическое обеспечение стабильности на юге России с привлечением к этому процессу не только стран СНГ, но в перспективе - Ирана и Китая.

 

 

По материалам Института развития фондового рынка и Центральноазиатской службы новостей

 

 

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/analytics/economics/10245/">ISLAMRF.RU: Бишкек и Душанбе: не заставляйте нас делать воду товаром</a>