RSS | PDA | Архив   Вторник 23 Июль 2024 | 1433 х.
 

Протестантизм и католицизм в аспекте геополитики и постсоветское пространство (1990-е гг.)

04.03.2008 15:08

Глобализм и экуменизм

С периода начала протестантского миссионерства в лоне этой ветви зародилось экуменическое движение (движение за всемирное христианское единение). Русский религиозный философ Николай Бердяев трактовал это стремление следующим образом: "Католики понимают под соединением церквей присоединение к католической церкви. Но также и православные понимают под соединением церквей присоединение к православной церкви... Большая часть протестантов, особенно мира англо-саксонского, настроена иначе... Протестантские организации нередко выставляют принцип интерконфессионализма и в нем думают объединить все конфессии и церкви" (1).

Хотя эти слова были опубликованы в 1933 г., они остались актуальными вплоть до сегодняшнего дня, т.к. создание транснационального государства обязательно предполагает наличие трансконфессионализма. Но с учетом ограничения прав и свобод большей части граждан в процессе глобализации, невозможно даже предположить образование трансрелигии, могущей учесть интересы всех. Тем более что трансгосударство полностью контролирует направленность мировоззрения своих граждан, лишая их свободы выбора. Этот факт подтверждается и Н.Бердяевым: "Интерконфессионализм менее всего может быть признан вселенским... Интерконфессиональное христианство есть христианство отвлеченное, в нем нет конкретной полноты жизни" (1).

В то же время протестантские тезисы весьма привлекательны для современного "потребителя". С одной стороны, приветствуется достижение максимального успеха в коммерческой и социально-культурной областях. С другой, - как отмечает сотрудник Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН Роман Лункин, нынешний протестантизм "не требует от личности строгой дисциплины в исполнении общественных и религиозных правил... христианских норм — допускается женское священство и благословляются гомосексуальные браки, что, по сути, приводит к секуляризации самой веры... Протестантам удалось создать новые институты, хорошо приспособленные для деятельности в условиях глобального пространства, где «для Христа нет границ»... Это многочисленные миссии и ассоциации с разветвленной структурой, напоминающей систему транснациональных корпораций" (2). Т.е. протестантские идеи органично вливаются в ту трансструктуру, которую лидеры глобализма видят в перспективе.

Автор, однако, не разделяет мнения, что непосредственно протестанты составляют "религиозную оболочку" глобализации. Как не представляется возможным соглашаться с тезисом об исключительном "обвинении" США (государства в целом) в глобализационной миссии, так не получается приписывать все сопутствующие в религиозной области шаги в этом направлении только протестантизму.

Дело не только в том, что католическая Европа играет одну из важнейших ролей в мировой политике. Сама природа глобализма подразумевает создание единого мира на основе «от всего по чуть-чуть». Т.е. глобалисты "привлекают" в свой проект все факторы (внешние и внутренние), которые способствуют достижению конечной цели. Отсюда и приставка "транс". Следовательно, и религиозный аспект должен быть аналогично "собирательным". В этом ракурсе нельзя не согласиться с архимандритом Алипием Кастальским-Бороздиным, который говорит о том, что "глобализация предполагает... создание единой универсальной религии на базе традиционных вероисповеданий" (3).

Другое дело, что гибкость протестантизма позволяет авторам глобал-проекта опираться на протестантские идеи, в особенности при декларировании лозунгов "рыночной экономики" (тем более что протестанты не чураются "конвергировать" отдельные положения "чужих" религиозных воззрений).

Так, протестантские миссии достигли положительного результата в Южной Корее, где, по некоторым данным, свыше 50% населения приняли протестантизм. Профессор Школы государственного управления при Техасском университете Джеймс Гэлбрейт дает такую трактовку этому факту: в развитии процесса глобализации "был прагматический период, который заключался в интеграции ряда экономик стран Азиатско-Тихоокеанского региона и вовлечения их в американскую сферу торговли" (4). В таком же духе стали вести пропаганду южнокорейские миссионеры в Центральной Азии, утверждая, что именно протестантская вера привела их страну к экономическому могуществу.

Геополитическое устремление атлантического протестантизма и католической Европы в Евразию в 1990-х гг.

Обретя независимость. с протестантским бумом столкнулась и Россия. Уже к середине 1990-х гг. в стране активизировался процесс регистрации протестантских объединений. Религиозная "атака" приняла такие масштабы, что на сегодня различные протестантские церкви и деноминации насчитывают в России свыше 4,5 тыс. зарегистрированных общин (почти четвертая часть от общего числа местных религиозных организаций). Разными источниками число прихожан называется от 600 тысяч до миллиона. Функционирует Консультативный Совет глав протестантских церквей России.

В то же время, не только Россия являлась объектом геополитической заинтересованности Запада. В зону интересов входили и другие регионы бывшего СССР, занимавшие важное стратегическое положение и богатые природными ресурсами. Так в Казахстане, Украине и Азербайджане с начала 1990-х шел процесс, аналогичный геомиссионерским шагам в России.

В Казахстане и сегодня довольно сильны протестантские позиции (миссия «Агаппе», церковь «Новая жизнь» и т.д.). Значительной политической силой протестанты стали на Украине, где церковь "Посольство Божие" заняла активную позицию в период выборной кампании (в Одессе протестанты и католики вообще призвали отложить восстановление православного кафедрального собора).

В Азербайджане в тот же период начала действовать протестантская церковь «Собор Хвалы». За это время организация «Word Of Life International» (головной офис церкви) "при помощи Американской организации «Feed the hungry» оказала гуманитарную помощь Азербайджану на сумму более 2 млн. долларов США" (5). Наряду с этим, в Азербайджане в лице миссии "Звезда на Востоке" оказалась представленной Объединенная Церковь Христиан Веры Евангельской.

Вполне естественно, что вплоть до сего дня многие убеждены в американском почерке развития протестантизма в СНГ. В немалой степени такому восприятию способствуют высказывания, подобные словам профессора кафедры русской истории Гарвардского университета, одного из ведущих специалистов-советологов Ричарда Пайпса: "Вся мысль, вся американская культура проникнута протестантизмом" (6).

Но целью «внедрения» протестантизма в «зоны заинтересованности» являлось не достижение религиозных идей на постсоветском пространстве. Теологический оттенок представлял из себя всего лишь одну составляющую геополитических интересов Запада в этом регионе. Со слов известного советолога Збигнева Бжезинского, Евразия, в которой Россия занимает ключевое звено, является «"шахматной доской", на которой продолжается борьба за мировое господство, и такая борьба затрагивает геостратегию... В совокупности евразийское могущество значительно перекрывает американское… Главный геополитический приз для Америки - Евразия... Жизненно важно, чтобы на политической арене не возник соперник, способный господствовать в Евразии и, следовательно, бросающий вызов Америке» (7/а, б).

Нередко утверждается, что-де в системе геополитической глобализации католической церкви "предоставлена" отдельная "площадь деятельности", где она не встречается с протестантизмом. Однако события периода новой и новейшей истории свидетельствует об обратном: практически на всех «территориях» земного шара происходят столкновения политических интересов Европы и США ("светская" направленность), всегда сопровождающиеся религиозным оттенком.

Правда, Бенедикт XVI попытался как-то смягчить картину: "В эпоху глобализации... католическая идентичность остается наиболее адекватным ответом, при условии, что ею движут серьезное духовное образование и принципы социальной доктрины Церкви" (8).

Но весь ход "религиозного движения" на постсоветском пространстве в начале 1990-х гг. доказывает, что шаги Ватикана в этом направлении были обусловлены далеко не "доктринальными" положениями католицизма. Церковь вновь выступила политическим союзником государств Европы, стремившихся противостоять стратегическому нажиму Вашингтона в регионе. Поэтому рассматривать осуществлявшиеся Европой в тот период шаги на «церковном поле» постсоветского пространства как случайное совпадение с «протестантским» внедрением Вашингтона не представляется возможным.

К 1991 г. Иоанн Павел II назначил епископов для России, Украины, Белоруссии и Казахстана, где были восстановлены самостоятельные епархиальные структуры. По мнению предстоятеля Украинской Православной Церкви Московского Патриархата митрополита Владимира, "стали появляться попытки навязывания нетрадиционных для большинства жителей нашей страны христианских направлений, которые происходят (что удивительно) не только со стороны западных сект, но и в весьма наглом продвижении католицизма и особенно униатства на исконно православные земли" (9).

Естественно, что основные усилия Католическая церковь бросила на Россию, где США действовали наиболее активно. В РФ, установившей дипломатические отношения с Ватиканом, епархии первоначально были учреждены в ранге апостольских администратур. Причем в стране одновременно появились сразу два апостольских администратора (для католиков Европейской и Азиатской частей России). В 1992 г. официально начало свою деятельность российское отделение ордена иезуитов. Открылись духовные колледж и семинария, возникли католические издательства. К 1995 г. на территории России имелось свыше 200 католических приходов (почти 90% священников были из числа иностранцев).

Таким образом, последовавшие с начала 1990-х гг. шаги США и Европы за обладание политическим контролем над территорией бывшего СССР, были идентичными. Европа посредством Ватикана осуществляла геополитическое миссионерство в странах СНГ аккурат в соответствии с региональными устремлениями США (в протестантской «одежде»).

Что касается внешне "теологических" контуров в этом геополитическом противостоянии (католичество и протестантизм в пику православию), то они являлись зеркальным отражением традиционных межимперских противоречий между Западной и Восточной частями Римской Империи, когда доктринальная нестыковка между формами Христианства всего лишь сопутствовала политическим ходам.

Другое дело, что наличие религиозного фактора подтверждает, настолько важное значение он приобрел в аспекте глобализации. Подтверждением этого является принятый в 1998 г. Конгрессом США "Акт о международной свободе вероисповедования", требующий ежегодного определения стран, совершивших нарушения свободы вероисповедования. Согласно документам Госдепа США, Вашингтон "преследует цель работать с определенной страной над реализацией изменений. Государственный секретарь выбирает одно или более действий в соответствии с Актом. Эти действия варьируются от санкций до соглашений и отказа" (10).

Тем самым появилась возможность наказывать "проштрафившиеся" государства (с последующим их «осуждением»), в число которых могут попасть те, кто отказывается воспринимать новые правила геополитической игры (в религиозном разрезе). Естественно, реальные цели по внедрению нового религиозного сознания в массы обыгрываются грамотно и красиво: "США стремятся способствовать продвижению свободы вероисповедания и совести по всему миру, как фундаментального права человека и как источника стабильности для всех стран" (10). Однако, что подразумевается под понятием "права человека" в глобализационном масштабе – совершенно иной вопрос.

1.Николай Бердяев. Вселенскость и конфессионализм.

2.Роман Лункин. Протестантизм и глобализация на просторах Евразии.

3.Архимандрит Алипий Кастальский-Бороздин. Глобализация как инструмент апостасии. Доклад на VII-м Пленуме Синодальной Богословской комиссии Русской Православной Церкви (2001 г.)

4.Джеймс Гэлбрейт. Интервью

5."История церкви "Собор хвалы" в Баку". Статья на сайте церкви

6.Ричард Пайпс. Особый путь для России: что конкретно это значит?

7.Збигнев Бжезинский. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы

8.Бенедикт XVI. Выступление перед группой паломников из Италии и др. стран мира (общая аудиенция на площади св. Петра в Ватикане 23 мая 2007г.).

9.Предстоятель Украинской православной церкви Блаженнейший митрополит Владимир. Обращение учредительному съезду Союза православных граждан Украины (2005 г.)

10.Годовой отчет Госдепартамента США о свободе вероисповедания в странах мира за 2006 г. (издан Бюро по вопросам демократии, правам человека и труду)

Теймур АТАЕВ, политолог

Азербайджан

04.03.08

Ссылки по теме:

Политические цели глобализации

Единство мусульман — как основной шаг по противостоянию глобализации

Глобализация и Ислам

Глобализация и ее идеи

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/analytics/point-of-view/1879/">ISLAMRF.RU: Протестантизм и католицизм в аспекте геополитики и постсоветское пространство (1990-е гг.)</a>