RSS | PDA | Архив   Пятница 19 Июль 2024 | 1433 х.
 

Омар Фарук Текбилек: музыка — огонь высшего мира

26.11.2007 14:11

4 ноября в столичном зале «Мир» впервые в России выступил со своим ансамблем один из самых известных в мире этномузыкантов, певец и мультиинструменталист Омар Фарук Текбилек (Omar Faruk Tekbilek, Турция — США).

Концерт прошел одновременно под грифами трех проектов: созданный недавно продюсерский центр «Рух» включил его в цикл «Рамадан —2007. Праздник без границ»; помощь оказал ведущий пропагандист ворлд-, этно- и авангардмузыки Культурный центр «Дом». А поскольку с 1 по 4 ноября проходил III Всероссийский мусульманский форум, то решено было включить его в специальную культурную программу, благо, что девизом был слоган «Мусульмане России — с Богом за Родину в мир хай-тек!». Быть может, ансамбль Текбилека — это и есть музыкальное воплощение исламского «хай-тек» XXI века? Так ли это, предлагаем узнать из беседы с музыкантом, которую провел культуролог Джаннат Сергей Маркус:

— Давайте начнем с тех сомнений, которые испытывают некоторые наши братья–мусульмане, когда их зовут на выступление музыканта, поющего, играющего на разных инструментах, более того, вставляющего коранические цитаты на арабском под инструментальный аккомпанемент наряду с текстами по-турецки. Что ответить тем, кто считает такое «запретным»?

— Первое, что нужно сказать: по исламскому вероучению весь мир изначально прекрасен и чист. Таким его сотворил Аллах. Он сам прекрасен и любит красоту. Потому мы влюбленными, восхищенными глазами начинаем познавать этот мир, и особенно это видно по детским глазам.

Но, действительно, во времена Пророка Мухаммада (с.а.в.) в окружающих арабов цивилизациях музыка в основном служила аккомпанементом или к пьянству, разгулу, или к чуждым религиозным культам. В то время совершенно необходимо было очистить дух человека, сосредоточиться.

А знаете, что в служении имама есть три главных качества? Я ведь с детства мечтал и готовил себя именно к служению имама. Так вот, что нам говорил наш наставник: «Во-первых, нужны знания, второе — респектабельность (лучше сказать, характер, вызывающий уважение у людей), и, наконец, третье — голос».

Да, именно голос! Вы можете представить себе имама с вялым, сумрачным и невыразительным голосом? Нет, конечно. Значит, Аллах кого-то награждает таким даром, как вокал и музыкальный слух, — для того, чтобы человек его правильно применил. Но, как и всякий дар, мы можем музыкальность использовать и во вред и во благо.

Я проучился сначала 3 года на имама, затем через 4 года получил еще квалификацию имам-хатыба. Но все же понял, что призван говорить с людьми и с Богом именно своим голосом и музыкальностью. Если я делаю это с любовью, значит, несу людям то, что нужно.

— Еще один момент, который мог удивить: в Вашем ансамбле сегодня играли и Ваш сын — турок, и грек, и армянин из США, а на гитаре — израильтянин. При этом в анонсах пишут, что Вы играете в духе суфийских традиций…

— Опять это вопрос не ко мне, а к Всевышнему! Кто сотворил людей разными племенами и народами? И разве Ислам послан только одному народу, арабам, например, или  тем, кого стали называть термином «этнические мусульмане»?

Да, я подбираю (и меняю) состав моей команды не по национальному признаку, а по личным музыкальным качествам. Однако, в нашем современном мире, где подзабыты послания Аллаха о равенстве людей, о необходимости мира и дружбы, такой состав ансамбля кому-то кажется необычным, и вся наша музыка, состоящая из «фьюжн» — смешений традиций, тоже кажется необычной.

Но музыка — подлинно международный язык. Мы все такие разные, но когда начинаем играть — израильтяне и палестинцы, армяне и египтяне — в нас просыпается общее переживание, оно ведет нас к тому Богу, которого исповедует любая душа. Вот мы называем Единого Бога по-разному и по-разному обращаемся к Нему в ритуалах, но все же мы становимся подлинными только на глубине веры. И музыка — путь в эту глубину.

— И Вы сознательно выбираете концертные маршруты ради примирения людей?

— Лучше сказать так: не я как-то специально выбираю, но имею ният (духовное намерение) к этому, и потому не боюсь таких маршрутов, что бы о них ни говорили недоброжелатели, которые есть, увы, везде.

Вот мой Вам отчет за последние месяцы. Май я начал в Израиле, потом в июне давал концерты в Греции, в июле — в Стамбуле, 13 октября выступал в Барбикан Холле в Лондоне, и вот 4 ноября здесь, в Москве. Тот, кто следит за политикой, видит, что я как бы пересекаю невидимые огненные рубежи между Израилем с одной стороны и Турцией и Грецией, Москвой и Лондоном — взаимоотношения всех этих государств друг с другом трудно назвать идеальными, не правда ли?

— Да, Вы правы. Кто как не музыканты, переживающие Единство как реальность, могут рассказать о Едином людям, погруженным в сиюминутное и во вражду?.. А Вы выступали в мечетях?

— Нет, ну что Вы! Только на концертных площадках, на улице…

— А почему так удивляетесь? Когда в России проходило турне нашид-ансамбля из Малайзии «Райхан», то продюсер, директор сайта Ислам.Ру Марат Сайфутдинов договорился о концерте в джума-мечети Махачкалы. Там мы, конечно, не применяли сценический свет и дым, а перкуссии оставили по минимуму, и все получилось отлично. На следующий вечер весь арсенал современной шоу-техники применили, когда сцену смонтировали на ступенях при входе в ту же мечеть, — и тоже было здорово, хотя оба концерта отличались друг от друга. «Райхан» нередко выступает в мечетях.

А как Вы вообще «вышли на тропу» музыки?

— Свой путь я нашел не сразу, хотя жил музыкой с детства. Родился в небольшом турецком городе Адане в 1951 году, родители из Турции и Египта. Мама, помню, лет в восемь пыталась меня выставлять на улицу — «иди, мол, поиграй и повеселись!» — а я и так играл и веселился, сидя за изготовлением инструментов. Как это интересно, и как потом полезно при игре: знать нутро инструмента, как и из чего он сделан, каковы возможности и краски звука…

Мне повезло, что Айдын, владелец местного музыкального магазина, принял меня как родного, дал у себя работу и многому обучил, главное, показал, как надо читать музыку. Я тогда сам смастерил нэй (бамбуковую флейту), зурну, багламу (лютню с длинным грифом), уд (классическую арабскую лютню) и множество перкуссий. А с 12 лет стал заниматься музыкой профессионально, выступая в местных заведениях.

В 1967 году переехал в Стамбул, выступал и одновременно учился у таких величайших турецких музыкантов, как Орхан Генчебей (Orhan Gencebay), Исмет Сираль (Ismet Siral), Ахмет Сежин (Ahmet Sezgin), его звали «турецкий Элвис Пресли», и джазмен Бурхэн Тонгуш (Burhan Tonquch). Вот он-то ввел меня в мир американского джаза и привил любовь к хатха-йоге, которую я практикую и по сей день.

— Значит, уже в юности Вы стали играть в престижных турецких составах. Зачем же тогда перебрались в Америку?

— Тому виной любовь. В 1971 мы гастролировали три месяца по Европе и США, где в Рочестере я встретил Сюзанну, будущую жену. Но мне надо было еще отслужить в армии, она писала мне письма в Турцию, потом мы, наконец, сыграли свадьбу и поселились в этом небольшом городе, где турецкая диаспора вторая по величине во всей Америке. Но там у меня не было никаких связей, все пришлось начинать заново.

Так с 1976 по 1988 для заработка я работал на фирме по изготовлению одежды, а душу отводил в созданном в Рочестере ансамбле «Султаны», который обслуживал нашу диаспору. Но там я не выходил далеко за рамки диаспоры и путь свой еще не нашел.

Точкой перелома стал 1988, когда я познакомился на Манхеттене с гитаристом и продюсером Брайаном Кином (Brian Keane). Тогда он писал саундтрек документального фильма «Сулейман Великолепный» и ему как раз нужен был знаток турецкой музыки. Так мы и подружились — теперь у нас 6 записанных вместе альбомов.

— И теперь пишут, что Текбилек — «самый известный исполнитель ближневосточной музыки, сотрудничал со многими известнейшими западными музыкантами, записал музыку к множеству художественных фильмов и телепрограмм, неоднократно выступал в Европе, Австралии, Америке». Вы стали лауреатом премии «Лучший турецкий артист 2003», номинированы BBC World Music Award 2003 в категории Ближний Восток, стали лауреатом премии US Golden Belly Musician-Of-The-Year-Award за 1998 и 1999 год.

— Да, я благодарен Брайану Кину за сотрудничество, которое дало мне самые широкие возможности. Как сказано в слогане вашего московского Форума «Мусульмане — в мир хай-тек!», так и у меня: успех пришел, когда мои навыки в традиционной музыке соединились с современными технологиями. Всех, кто интересуется, чем я занимаюсь, приглашаю на англоязычный сайт www.omarfaruktekbilek.com.

Но все-таки неточно говорить обо мне как об «исполнителе ближневосточной музыки». Моя география гораздо шире, даже внутри исламского круга я черпаю звуки из египетской, персидской, североафриканской традиций, кроме того, можно услышать ритмы и огненность фламенко, синтезатор, многое иное… Все же правильнее говорить о World music.

Ведь я играю самую разную музыку от фолка до классики. И стараюсь, конечно же, преподнести слушателям все разнообразие турецкой музыки. В Америке я начал заниматься гитарой, и это придало турецкой музыке, в моей подаче, легкий западный шарм. У меня был прекрасный учитель саксофона, а другой чудесный музыкант учил меня игре на ударных. Я думаю, что это разнообразие жанров, их соединение и сделало меня тем, кем я стал.

— Как Вы понимаете слова «музыка мира?»

— По мере того, как мир становится все более универсальным, люди все лучше узнают друг друга, исследуют другие культуры, и музыка — тот язык, который понятен всем, она связывает всех.

— Что вообще характерно для средиземноморской музыки? Что первое приходит на ум, когда мы говорим: средиземноморская музыка это...

— Мелодическое богатство, мелодии более гибки, она трогательная, округлая, без острых углов, присущих западной музыке. И четверть тона, которой нет в западной музыке, — вот что придает этой музыке иной вкус.

— Но порой западные люди воспринимают эти «четвертинки» с трудом.

— К ним можно привыкнуть — ведь в природе существует все. Это человек поделил звуки на ноты. И потому нельзя говорить: этот звук правильный, а тот — нет. Важно чувство, которое скрывается за ним.

— У Вас есть ученики?

— Да, есть два ученика, которые приходят ко мне домой. Я беру за обучение минимальную плату, ибо хочу поделиться с ними тем, что знаю. Мой учитель (да будет благословенна его душа!) говорил мне: «Благодари Бога за знание, которое ты получил, и передай его другим!»

— Названия Ваших дисков и многих композиций («Алиф», «Мистический сад», «Превыше небес», «Единая Истина», «Танцы, вводящие в вечность») указывают на суфийские переживания. Очевидно, это неслучайно?

— Конечно. Я не устаю восхищаться богатейшим наследием суфийской традиции, и сам пытаюсь ее проявить. «О, мелодия, как я жду тебя», — пел Джелаладдин Руми, — «ты знак высшего мира. Коснись нашего слуха и высеки огонь из душ, ибо ты оживотворяешь наш мертвый мир».

 "Медина аль-Ислам" № 20 (44) 23-29 ноября, 2007

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/culture/c-news/984/">ISLAMRF.RU: Омар Фарук Текбилек: музыка — огонь высшего мира</a>