RSS | PDA | Архив   Воскресенье 25 Июнь 2017 | 1433 х.
 

Коран и Библия о «сыновстве Богу». Ездра и Иисус

29.04.2008 13:27

Вопрос иудея: В Коране иудеям приписывается то, чего никогда у иудеев не было, мы всегда поклонялись только единственному Богу, и никакого обожествления Эзры (в русском чтении — Ездры, в арабском — Узайра), как у христиан Иисуса Христа, у нас не было. Как в Коран попала такая нелепая ошибка?

Ответ мусульман:

«И сказали иудеи: “Узайр — сын Аллаха”. И сказали христиане: “Христос — сын Аллаха”. Эти слова в их устах похожи на слова тех, которые не веровали раньше. Пусть поразит их Аллах! До чего они отвращены!» (Коран, 9:30).

Этот аят часто подвергается критике со стороны иудеев. Эзра (мир ему) был пророком и реформатором веры. Он сыграл большую роль в истории Израиля после возвращения евреев из вавилонского плена. В связи с этим, согласно Корану, какая-то часть евреев преувеличила роль Эзры и не просто называла его «сыном» Бога, но и вкладывала в это название значение, выходящее за рамки монотеизма.

Однако Коран нигде не говорит о том, что это было принято всеми иудеями, речь идет лишь о некоторой их части. Ведь и после Эзры Аллах посылал еще ряд пророков к иудеям, а пророки и их последователи не могли впадать в такое заблуждение!

Укор Аллаха также не мог быть направлен на сам по себе термин «сын Божий», поскольку им пользовались многие Его пророки, и вся лексика иудейского Писания (Танаха, «Ветхого Завета») пронизана уподоблением иудеев «сынам Бога», а Самого Бога — их «Отцу Небесному». Таким образом, в этом термине у них не было смешения человеческой природы с Божественной, как и не было придания «сыновьям» Бога качеств могущественных существ, как бы независимых от Бога.

Чтобы понять, что «сыновство Богу» осуждается Кораном, необходимо узнать, что имели в виду «неверные раньше», т.е. обратиться к истории этого термина у язычников и в священных писаниях. Сравнение показывает нам четкое разделение понимания термина «сын Божий» на два разных, противоположных значения:

а) буквальное, в котором «сын» рассматривается как рожденное во времени и пространстве могущественное существо, действующее самостоятельно, по сути — как второй бог, подобный богочеловеку, рожденному Зевсом-олимпийцем от земной девушки Данаи;

б) переносное, условное, в котором речь идет об отношениях подчинения человека Богу в символах патриархального общества, когда отец, патриарх рода, имел безусловную власть над всеми его членами и мог казнить собственного сына за непослушание. Но по любви к нему мог и простить, если тот раскаивался. Эта норма ярко воспроизведена в Торе: «Если у кого будет сын буйный и непокорный, неповинующийся голосу отца своего и голосу матери своей, и они наказывали его, но он не слушает их, — то отец его и мать его пусть возьмут его и приведут его к старейшинам города своего и к воротам своего местопребывания и скажут старейшинам города своего: “Сей сын наш буен и непокорен, не слушает слов наших, мот и пьяница”; тогда все жители города его пусть побьют его камнями до смерти; и так истреби зло из среды себя» (Втор. 21:18—21).

Очевидно, что такое восприятие отношений отца и сына далеко от современного либерализма и вполне соответствует отношениям «господин — раб» с одним лишь исключением: господин заботится о своем рабе, как о сыне, давая ему все, что нужно для правильного выбора в жизни, ведущего в Рай. Таким образом, «сын Божий» в библейском контексте — это образ не теплой семейственности в нарушение закона и правды, а образ сурового послушания, без которого нет никакого прощения и никакой перспективы в обеих жизнях. Собственно, и «раб Божий» — такая же условность, ведь Всемогущий и Самодостаточный не нуждается в земных рабах!

Буквального понимания словосочетания «сын Божий», отождествления человеческой тварной природы с божественной природой Творца в иудейском Писании нет, однако определенные уклонения к мифологиям древних народов в истории народа были. Вот что пишут на эту тему сами же иудейские ученые в их диалоге с христианами:

«В еврейских Писаниях встречаются указания на неких мифологических “сынов божьих”. Эти указания являются отзвуком преданий о гигантах, об ангельских созданиях, сошедших на землю, об удивительных людях необыкновенной силы. Многие тексты вплетают в эти мифологические темы идею божественного двора на небесах, собрание ангелов перед Богом. Традиционные еврейские толкования интерпретировали ряд этих указаний как возвышение описания человеческого достоинства или истинных почитателей Бога. Так, Псалом 81 с его описанием небесного двора (“Бог стал в сонме богов”) толковался как описание не богов, а человеческих судей. Позже иудейская чуткость к идее уникальности Бога восстала против прежней мифологии и ангелологии, окружавшей Бога другими божественными существами.

Характерное употребление титула “сын Божий” встречается в царских псалмах. Израильский царь воспринял традицию, общую для всего Ближнего Востока, — называться приемным сыном Божества… Идея монархии как божественного усыновления имеет два значения. С одной стороны, она подразумевает особую милость, которую божество оказывает царю и его народу. Все они находятся под его божественным покровительством...

Однако в то же время усыновление означает особые обязанности царя перед Богом. Царь должен ответственно служить народу, быть усердным служителем божественных установлений и послушным сыном небесного Отца. Бог как Отец требует доброхотного подчинения. Обращение к Богу как к Отцу влечет за собой осознание божественной родительской власти… Усыновление царя Богу — это, если можно так сказать, великая хартия древнего Израиля» (цитируется по словарю-справочнику «Иудейско-христианский диалог» под редакцией Леона Кленицкого и Джеффри Вайгодера).

Любопытно признание иудейских ученых в том, что термин «сын Божий» в ранних книгах иудейского Писания является заимствованием из древних восточных религий, т.е. из язычества. Однако важно, что иудеи, вернувшиеся в Палестину, стали толковать термин «сын Божий» все-таки в русле монотеизма, придав ему переносное, аллегорическое значение и распространив на все человечество:

«Раввинистические мыслители расширяют понятие Божьих сынов на все человечество. Когда Бог увидел, как египтяне тонут в Красном море, Он остановил ангельские хвалебные песнопения, сказав: “Сыны мои умирают” (Вавилонский Талмуд, Мегилла 10б). В качестве детей Адама все человечество достойно получить божественное усыновление. В то время как рабби Акива ограничивал усыновление только евреями, другие мыслители, такие как Бен Аззай, распространяли его на всех людей».

Таким образом, можно сделать следующий вывод: «сын Бога», «чадо Бога» — это идиома древнего еврейского языка, так же как и «рука Бога» (= сила, действие Бога), имеющая переносный смысл «сыновнего послушания людей (и ангелов) Богу при суровом, но справедливом отцовском покровительстве им Самого Бога».

Библия использует словосочетания «дети Бога», или «сыновья Бога», или «дочери Бога» в значении «сотворенные Небесным Отцом», которое в разных ситуациях и в разных книгах подразделяется на следующие уточняющие значения. «Сынами Бога» во всей Библии называются:

1. Ангелы (Иов, 1:6).

2. Все сотворенные Богом люди, включая и грешников (Пс. 81:6-7).

3. Все евреи от рождения, «Израиль» в собирательном значении (Ос. 1:10).

4. Все верующие, верные Богу (аналог понятию «муслим»): «Вы сыны Господа, Бога вашего» (Втор. 14:1); «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5:9).

В «Новом завете» многократно говорится о том, что конечная цель посланнической миссии Иисуса — сделать всех людей «сынами Бога», добиться всеобщего «усыновления Богу». Так, в молитве Иисус (мир с ним) обращается к Богу как к Отцу всех верующих: «Отче наш»! Или: «Да будете сынами Отца вашего Небесного» (Мф. 5:45-48).

Таким образом, наименование в «Новом завете» Иисуса «сыном Божиим» не дает оснований, исходя только из текста Библии, считать Иисуса Самим Богом — ни в русле иудейской традиции, ни в контексте христианского «Нового завета». Официальный текст «Нового завета» вслед иудейскому Писанию показывает иносказательность, аллегоричность слов «рождение от Бога», их переносный смысл, обозначающий — посредством аналогии с послушанием сына отцу — послушание верующего Богу, принятие им воли Бога (то, что выражено арабским словом ислам).

Поэтому выражение «сын Божий», относимое к Иисусу в «Новом завете», означает признание Иисусом Бога своим духовным Отцом, вверение всего себя Богу: «Не моя воля, но Твоя да будет!» (Лк. 22:42).

Но при этом важно отметить, что на практике много верующих живет не столько по Писанию, сколько по комментариям к нему авторитетных в народе учителей и по многочисленным народным преданиям, в которых оно нередко и находит основания для отступлений от слова Аллаха. Вот что пишет о таких преданиях в иудейской среде в эпоху, когда жил Иисус Христос, известный православный ученый князь С. Д. Трубецкой:

«Представление о том, что праотцы и Израиль были созданы до начала мира, встречается неоднократно в талмудической литературе... Отдельные праотцы представляются особенными небесными существами. Они помещаются в раю и пригашают праведных на свое лоно; подобно ангелам, им приписываются разнообразные специальные функции, а следовательно, они могут иметь и специальное значение для верующих, призывающих их имена. Вопрос о том, спасается ли человек их представительством, оправдывается ли он их заслугами, как известно, служил предметом оживленных споров: некоторые... даже полагали, что самое почитание и поминание имени праотцев может быть спасительным и обеспечивать человеку царство небесное...

В “Послании к евреям” апостола Павла Мелхиседек определяется как не имеющий ни отца, ни матери, ни начала дней, ни конца жизни, что имеет явное отношение к преданию: Мельхиседек не имеет родословия, не имеет отца, хотя он и родился видимым образом от матери, рождение его сверхъестественно — оно есть результат бессеменного зачатия. Бог непосредственно образовал его в “ложеснах” Софанимы, и Мельхиседек родился на свет в виде трехлетнего младенца. Начало дней его неизвестно, и в раю он пребывает вовек. …Таинственный первосвященник является здесь сверхъестественным существом небесного происхождения.

Талмудическое богословие признавало спасительную искупительную силу заслуг праотцев, их страдания, самой их смерти... Естественно, что праотцы являлись носителями откровения, спасения и ведения... Подобные апокрифы усиленно распространялись в еврейских кругах и пользовались большим уважением и среди христианских писателей.

...Праотцы останавливают на себе наше внимание как особого рода небесные люди, сходившие на землю (некоторые из них, как Илия или Енох, ожидаются вновь). Между этими людьми и ангелами исчезает граница, а в отдельных случаях они ставятся выше ангелов...

...Другие видели в Иисусе Христе одну из таких сил, подобно тому, как современные ему иудеи видели в нем Илию, Иеремию или другого пророка, или же предвечного небесного “Человека”, “Сына Облаков”, или “Сына Человеческого”...».

Таким образом, в народных преданиях, которыми жили и живут многие верующие, включая книжных людей, мистиков, не говоря уже о сектантах, содержится немало оснований, чтобы, вопреки слову Бога, считать Эзру каким-то особым существом. Они могли считать его одним из особо приближенных «ангелов Яхве» — «сынов Божьих», сошедших на землю в человеческом облике для спасения народа — или же «иудейских праотцев», которых наделяли свойствами выше ангелов, или же каких-то иных небесных сил, обособленных от единственного Бога, Аллаха и действующих в качестве самостоятельных субъектов — «советников-сотоварищей» Бога.

Поскольку и первые христиане были из этой же среды и читали и слышали ту же народную литературу, то не удивительно, что подобная схема нередко переносилась и на их представления. Наиболее ярко это проявилось в различных сектах гностического толка.

Весьма способствовало распространению подобных воззрений то, что после разрушения Иерусалима в 70 году и смерти апостолов из числа евреев послания «Нового Завета» распространялись в греческом и римском пространстве, где люди не знали ни Торы, ни этимологии еврейского языка, и для них по-гречески или по-латински термин «сын божий» буквально означал «богочеловека», чудесно зачатого каким-нибудь богом от земной девы (например, Зевс наградил Данаю «сыном божьим», сойдя на нее в виде золотого дождя) и физически рожденного со сверхъестественными способностями (например, 12 спасительных подвигов Геракла).

Так кого же конкретно и в чем обвиняет Коран, осуждая тех, кто говорит, что Узайр и Иисус — «сыны Аллаха»? Ответ на этот вопрос содержится в этом же аяте: «Эти слова в их устах похожи на слова тех, которые не веровали раньше». То есть слова в их устах похожи на представления язычников прошлых эпох о «сынах божьих» как физически рожденных от «брака» богов с земными девушками — ведь именно так и веровали раньше!

Как замечательно четко все сказано в кораническом аяте! Из него с необходимостью следует, что, если бы эти слова не были похожи на слова многобожников прошлых эпох, а в противовес им были бы лишь житейским сравнением, фигурой речи, подчеркивающей самодостаточность Отца Небесного и зависимость от Него всех Его творений, они не впали бы в заблуждение и не заслужили бы осуждения Аллаха!

Таким образом, Коран обвиняет в ширке только тех сектантов из числа иудеев и христиан, кто считает Узайра или Иисуса «детьми Всевышнего» буквально, т.е. младшими Богами при верховном Боге, ибо такое воззрение отрицает уникальность, всемогущество, абсолютное совершенство и абсолютную самодостаточность Творца и Господа миров, приписывая Ему в заместители, в сотоварищи этих святых людей. Последовавшие таким воззрениям люди отпали от собственной первоосновы и стали уподобляться тем, «которые не веровали раньше», т.е. язычникам эпохи невежества. Именно о таковых Коран говорит весьма нелицеприятно: «И говорят они: “Взял Милосердный Себе сына”. И этим выразили гнусность, от которой готовы расколоться небеса, разверзнуться земля, пасть прахом горы — оттого, что приписали они сына Милосердному Аллаху» (19:88-92).

Но ортодоксальные христиане в учении о Святой Троице исповедуют одного Бога в трех лицах, а не трех богов, вторым из которых как будто является «сын». У них слово «сын» используется в абсолютно метафорическом смысле по отношению к известной природной реальности. Тем более, ортодоксальные иудеи никогда не считали Узайра «вторым богом». Поэтому те из иудеев и христиан, кто не приписывает Аллаху детей в качестве вторых «богов» по природе, являются «людьми Писания» — «ахлюль Китаб».

 

 

Али Вячеслав ПОЛОСИН,

Айдын Али-заде

 

Материал опубликован в газете «Медина аль-Ислам», № 17 (66),
26 апреля – 1 мая 2008 — с.4; №18 (67), 3–9 мая 2008, с. 5.

 

 

29.04.2008

 

Ссылки по теме:

Какой перевод Корана нам нужен?

Единство Божие согласно Корану

О каком искажении Библии говорил Пророк

Библию и Коран впервые можно изучать в сравнении в Интернете

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/teology/faith/2666/">ISLAMRF.RU: Коран и Библия о «сыновстве Богу». Ездра и Иисус</a>